Kind, Sober and Fully Dressed
name of your sex tape

[float=right][/float]По простоте душевной я даже не предполагала, кем рискую себя выставить, чем чреват невинный обман и во что это выльется, зато вполне отчетливо представляла себе, как остолбенею от смущения, ужаса и холода - ведь сконфуженно кутаться в одно крошечное полотенце бледнея как смерть это не в лунапарке развлекаться. Мне даже думать не хотелось, кем приходилась эта незнакомка Итану Саттону, потому что любые очевидные варианты, приходящие на ум, меня почему-то задевали и даже немного расстраивали. Но окончательно я растерялась только после вполне логичного и ожидаемого вопроса - а кто я? Действительно, в каком качестве мне теперь всем представляться? Нужно ли сказать правду или соврать для антуража? Но пока я потерянно соображала, как выкрутиться, появился Итан и как-то очень вовремя сам все объяснил. - Приятно познакомиться, - с облегчением выдохнув, я с перепугу могла говорить только односложными фразами и сдержанно светить вежливой улыбкой. Фуф, от сердца как-то сразу отлегло; я так боялась все испортить, наговорить лишнего или сделать что-то неправильно. Значит это сестра и значит мне еще какое-то время можно не притворяться кем угодно, только не собой.

on a bridge across the Severn on a saturday night
Susie meets the man of her dreams
he says that he got in trouble and if she doesn't mind
he doesn't want the company
●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●   ●
[float=left][/float]Должна признаться, ненавижу подслушивать чужие разговоры, элементарные правила приличия во мне воспитали с детства, однако сейчас это получилось непреднамеренно, как-то само собой. Услышав голоса, доносящиеся с кухни, я по неизвестным мне причинам вдруг замедлила шаг, в глубине души ощущая преступные уколы совести мелкого воришки, будто умышленно стащила из чужого кармана бумажник. Несмотря на то, что в последние несколько месяцев мы с Итаном находились на съемочной площадке практически по шестнадцать часов в сутки, я почти ничего о нем не знала, кроме общедоступных фактов из Википедии. Поэтому выведать немного информации из уст его семьи казалось мне вполне естественной и даже необходимой задачей, учитывая нынешние нестандартные обстоятельства. Но как только Несс завела откровенный разговор по душам обо мне, так у меня под ногами завился Чилли, обнюхивая меня и недоверчиво рыча, мешая шпионить за хозяевами. Я тихо зашикала на пса, однако вместо нужной реакции в ответ получила звонкий радостный лай. Меня бессовестно рассекретили, поэтому пришлось спускаться на кухню, переключая внимание на себя. - Я не пью, спасибо, - мягко отклонив ладонью бокал с вином, улыбнулась я, вызвав удивленный взгляд Несс. Могу поклясться, если бы у нее под рукой оказался блокнот или записная книжка, она бы уже вписывала туда отсутствие вредных привычек в столбик "Почему я идеальная кандидатура на роль девушки брата". - Натали, - произнесла она таким дружелюбным голосом, каким обычно разговаривают с загнанными в клетку зверьками, чтобы ненароком не спугнуть, - Натали же, верно? Так вот, ты какая-то напряженная, Натали. От одного бокальчика хорошего вина ничего страшного не произойдет. Поможешь мне накрыть на стол? Хоть раз в месяц братец поужинает как человек. Я раскладывала салфетки и ненароком поглядывала на Итана, стараясь узнать привычного Саттона в этой непривычной домашней обстановке. Скорее всего в подвале этого громадного дома он прячет своего злого брата близнеца, которого круглосуточно морит голодом, а когда выпускает на работу, тот от усталости бросается на людей. Однако, как только мне удалось немного расслабиться, Несс выпрямила спину, заерзала на стуле, устраиваясь поудобнее и многозначительно сложила перед собой вафельную салфетку: - Итак, все дежурные формальности соблюдены, - с важным видом протянула она, хитро прищурившись, - а теперь рассказывайте, как вы собираетесь убедить всех, что вы вместе? Я нервно сомкнула пальцы на подлокотнике столового кресла и бросила вопросительный взгляд на Итана, который выглядел спокойным как слон. Наверное, в актерской среде такой опыт не в новинку, жаль, новичкам невдомек. - У меня есть идея. Секунду, - Несс взяла телефон и ушла в другую комнату, набирая чей-то номер. А я принялась выдумывать, чем могу заполнить неловкую тишину и вдруг осознала, что у нас даже нет общих тем для разговора. Нас ждет полный провал. Напряженную обстановку разрядил Чилли, что снова начал тыкаться мокрым носом мне в руку, требуя внимания и ласки. Улыбнувшись, я погладила его и потрепала за милейшую морду. Вернувшись обратно на кухню, Несс воодушевленно предложила провести эксперимент - пробную репетицию перед ее знакомыми. Она как раз собиралась сходить на премьеру нового фильма - дурацкого, но ужасно модного - в их компании. - Если они поверят, то, скорее всего и толпа поведется. - По-моему, ты перепила хорошего вина, - неуверенно отшутилась я, понадеявшись на поддержку Итана.

[NIC]Natalie Vaughn[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2zxc2.png[/AVA][SGN]
you broke the spell and wanted something else

thank you baby, thank you babe, darling don't explain, don't explain[/SGN]

•  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •  •
c a l l   a l l   y o u r   f r i e n d s   t e l l   t h e m   I ' m   n e v e r   c o m i n g   b a c k
 
cause this is the end
●  ●  ●  ●  ●  ●  ●  ●  ●  ●
Это - Эндрю Мур. Ему тридцать пять лет, от него ушла жена, превратив в отца-одиночку с шестилетней дочкой Мегги на руках. И он бы слыл самым круглым неудачником во всем мире, если бы ему не позвонили с незнакомого номера, пока Эндрю волок Маргарет за руку к метро, попутно отчитывая ее за то, что та снова залепила жевательную конфету в волосы соседскому мальчику. - Добрый день. Вы знаете Селину Девис? Мы нашли ваш номер в списке ее экстренных контактов. Еще бы ему не знать эту женщину, что прочно поселилась в его кошмарных снах и засела в печени с тех самых пор, как он устроился работать под ее началом. Он бы предпочел в один прекрасный день раз и навсегда вычеркнуть из памяти это ненавистное имя, от которого у него начинало невростенически подергиваться левое плечо. - Мы привели ее в чувство, но есть одна проблема. Она абсолютно ничего не помнит. Эндрю потрясенно молчал, выслушивая все подробные объяснения врача, к своему ужасу с некоторым удовлетворением размышляя о том, что карма та еще сучка. - Алло? Мы надеемся, что память все-таки вернется. Не сразу и не без помощи, конечно. Вы сможете забрать ее и отвести домой? У него внутри вели серьезную борьбу противоположные смешанные чувства - разумеется, по-человечески он даже переживал за свою начальницу, он ведь не совсем последний мерзавец, но большая часть его низенькой и видимо подленькой души злорадствовала и ликовала над торжеством справедливости. Этот великий день он отметит красным маркером в календаре и каждый год будет отмечать с размахом и печеной индейкой, как день Благодарения, Независимости или Рождества. - Угу, конечно, я скоро приеду, назовите адрес. Он суетливо достал из розового рюкзачка Мегги первый попавшийся блестящий блокнотик и наскоро начеркал короткую запись. Мысли путались между собой, сливаясь в одно нечеткое пятно; внезапно привалившее счастье совсем ему мозги затуманило, а он никак не мог понять, что конкретно происходит и почему он сейчас так нервно подгоняет таксиста и вообще стремительно торопится в больницу к женщине, которую от всей души ненавидит и побаивается. - Пап, это твоя злая ведьма? Которая постоянно на тебя кричит? Это что, твоя новая жена? Мэгги сидела рядом на заднем сидении, с любопытством наблюдая за пролетающими за окном улицами и перекрестками. - Мама тоже на тебя кричала. Он только задумчиво усмехнулся, соображая попутно, что нужно закинуть дочь домой и оставить с соседом - тащить ребенка в больницу это уже перебор даже в такой необычный день, когда сбываются мечты. Вдруг, с некоторым опозданием, с поправкой на легкий шок, ему в голову приходит безумная идея и пропускает по конечностям электрический разряд. Это больше похоже на моральное преступление против личности, что карается законами штата Нью-Йорк, хотя ему такая сумасшедшая затея не кажется ужасной. Наоборот, она разливается сладким сиропом по всему телу и согревает изголодавшееся по мести сердце. Такси останавливается у приемного покоя окружной больницы, а он широкими шагами, перепрыгивая несколько ступенек и минуя парочку лестничных пролетов, находит нужный кабинет. Нет, Селина Девис это заслужила, как никто другой. Он каким-то слишком резким и уверенным рывком распахивает дверь и видит перед собой хорошо знакомую мегеру в совершенно незнакомом виде. В какой-то момент ему становится жаль ее, будто перед ним совсем другой человек, будто игра больше не стоит свеч. Однако он все же сглатывает взошедшие початки совести вместе с комом, застрявшим в горле, и расплывается в улыбке, широко раскрывая руки для объятий: - Любимая, вот ты где! Я места себе не находил, - скольких неимоверных усилий ему стоили эти слова, но внутренний смех пробирал его изнутри сильнее, чем холодный расчет. - Пойдем, я заберу тебя домой. Видя недоумение находившейся рядом медсестры, более сдержанно и важно добавляет: - Я ее муж. Дамы и господа, просьба отключить ваши мобильные телефоны, спектакль начинается - приятного просмотра.

[AVA]http://s5.uploads.ru/CAG6e.png[/AVA]
[SGN]аватар от брут[/SGN][NIC]Andrew Moore[/NIC]

[float=left]
Is your love enough?
come on make me believe it
Is your love enough?[/float]Мне все это не нравилось, мне все это очень не нравилось, пришлось подключать забытые тонкости и приемы, о которых когда-то нам рассказывали в театральной школе и на курсах актерского мастерства. Самое сложное при этом натурально изобразить спокойствие, когда внутри предельно напряжен и собран. Нас как будто непрерывно проверяли на вшивость или мы проходили тест на профессиональную пригодность в полевых условиях с максимальным погружением. Меня не оставляло стойкое ощущение того, что я на съемочной площадке, где все записывающие устройства от громоздких кинокамер до крошечных петличек были включены и каждый без исключения объектив и микрофон обращен ровно в нашу сторону. Казалось бы, если перевести на пленку весь материал, на котором мы с Итаном с переменным успехом изображаем полный спектр человеческих отношений и выборочно мелодраматических перипетий, то можно обернуть ею земной шар парочку раз. Однако несмотря на этот странный факт, я все еще с трудом играла роль его полноправной партнерши. Быть может потому, что всегда раньше четко понимала, где сцена и мне нужно играть, а где реальность, в которой я никому и ничем не обязана. Сегодня же два этих мира слишком тесно переплелись между собой, а я крепко сжимала руку Саттона в надежде так справиться с волнением не передавив ему при этом своими пальцами какие-нибудь суставы. - Мы влюблены и не можем пережить поход в туалет друг без друга, - с расстановкой повторила я слова Итана, немного сжав формулировку, но основную мысль в целом поймала. - А что, если не получится? Что, если они догадаются? Что если..? На секунду я дала волю расшатавшимся нервам, взволнованным шепотом тараторя Итану прямо в ухо. К счастью или сожалению, мне не дали в полной мере предаться панике, потому что друзья Несси уже подошли к нашему столику, заставив меня моментально заткнуться, проглатывая ком, застрявший поперек горла. Почему-то я была абсолютно убеждена, что наша невинная импровизация обязательно провалится. И если бы наши имена не встречались регулярно на желтых страницах бульварных газетенок, мы без вреда и ущерба с легкостью обернули бы фарс в шутку, в безобидный розыгрыш. Но маленький нюанс в том, что мы актеры, наши лица каждый день мелькают в прайм-тайм на всех экранах каждого федерального штата, и если поползут нежелательные слухи, то Саттон может и выйдет сухим из воды, извлекая из шумихи выгоду, а я же очевидно никогда уже не отмоюсь от репутации актрисы одной роли. И раз все уже очень плохо, то по логике еще хуже быть не должно, а это значит остается только смириться и включаться в игру. Отхлебнув жадный глоток из стаканчика, кажется, Итана, я старалась поддерживать беседу, на ходу сочиняя какие-то детали и периодически робко вклинивая их в складный рассказ Несс о нашем романе, вскружившим голову обоим. Я сидела на узком диванчике в обнимку с Итаном и сама себе поражалась: сколько еще чертей водится в моей голове, раз я вообще согласилась участвовать во всем этом. Но самым удивительным было то, что я начинала втягиваться и местами даже верить Несс, которая не умолкая городила про нас разную чепуху. Мельком я поглядывала на Саттона, периодически удивляясь той незнакомой роли, что он сейчас на себя примерял, открывала в нем новые стороны и боялась выдать себя с потрохами, причем чем сильнее боялась, тем больше не понимала, в чем конкретно выдать. - Я отойду на минуту? - позабыв о самом большом испытании туалетом, я вежливо приподнялась с дивана, выкроив для себя небольшой тайм-аут. Но тут сюрпризом даже для себя самой, выдала неожиданный финт ушами и как бы невзначай (словно делала это тысячу раз) пропечатала на губах Итана короткий поцелуй, убирая следы от помады пальцем после, мол, - я мигом, - тихим голосом напоследок добиваю Несс и видимо Саттона, развернувшись на каблуках в сторону уборных, чтобы никто не увидел пурпурного оттенка моих щек и ушей. Фуф. Если и отрывать пластырь, то одним рывком.

[NIC]Natalie Vaughn[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2zxc2.png[/AVA][SGN]
you broke the spell and wanted something else

thank you baby, thank you babe, darling don't explain, don't explain[/SGN]

The river goes where the current flows, the light we must destroy.
Events conspire to set afire the methods we employ.

Он принадлежал к разряду тех людей, кто редко решается на отчаянные и необдуманные поступки, бросается в пучину с головой. По природе своей он в большей степени скорее покорный заложник рациональности, имеет аналитический склад ума и постоянно стремится к порядку. Причем, если навести его во всем мире ему точно не под силу, то в принадлежащем ему окружении запросто будет наводить лоск до блеска: будь то дом, голова, в том нет принципиальной разницы, по той простой причине, что перед бардаком, хаосом, хламом он кажется абсолютно беспомощным. В этой черте характера он убедился, когда однажды, двадцать лет тому назад, женился. По глупости, по молодости лет, когда кажется, что это навсегда. Она училась на параллельном потоке, изучала антропологию и была той, о которой думают "это моя будущая жена". Однако семейные дрязги не заставили себя долго ждать, как только начались первые бытовые / финансовые трудности. Рано или поздно каждый второй сталкивается с ними, проблема заключается в том, что не каждый с ними справляется. Эти отношения, если подумать, обреченные на провал с самого начала, держались на тщедушном фундаментальном порыве, одной только влюбленности, и предсказуемо планомерно изжили себя. Хрупкий брак могло спасти только чудо. Пожалуй, единственное, что осталось важным - сохранение теплых отношений, несмотря на весьма серьезные разногласия несчастных супругов.
Так вышло, что у него на генетическом уровне заложена обязательная опека над семьей, близкими людьми, над теми, кто слабее и кто просто нуждается в поддержке и помощи. Он самостоятелен во всех аспектах своей жизни, пусть и родился в нормальной, благополучной семье адвоката и судьи, с ранних лет не обиженный достатком и вниманием, тем не менее привык сам себя обеспечивать. Нередко он слышал фразу, значащую примерно "тебе самому нужна помощь", особенно участилось ее звучание в самый непростой, кульминационный, период его развода, который практически выбил у него привычную почву из под ног, вывел из состояния равновесия. Отныне он перестал слепо верить в идеальных людей, как не верят в существование снежного человека. Отныне этот мужчина "сломался" и вряд ли составит достойную партию женщине, которая до сих пор верит в искру, в любовь с первого взгляда. Не связывайте его имя с предначертанной вам судьбой, не связывайтесь с ним, если ваше сердце изголодалось по ненужной романтике, иначе с ним вы рискуете сесть на диету. Те, с кем ему довелось встречаться после неудачного брака, почему-то обзывали его черствым сухарем, бесчувственным бревном и хлопали дверью, в ответ на что он безразлично пожимал плечами, поскольку теперь подходил к выбору дамы сердца с удвоенной осторожностью: ничего не вышло? Что же, обидно, досадно - значит, суждено ему влачить земное существование в качестве убежденного холостяка. Такого крайне радикально и скептично настроенного человека едва ли можно удивить. Он мог бы включить все свое обаяние, быть абсолютно очаровательным, если бы действительно захотел. Он разочаровался в первую очередь в себе, когда на время буквально потерял контроль над ситуацией, над эмоциями, над собой.
В тот момент он практически слетел с катушек и тормозов, его будто подменили кем-то эмоциональнее, мрачнее, резче, грубее. И без того обладая чрезмерно критичным отношением к себе и окружающим, он целиком и полностью перестал хоть как-то адекватно воспринимать и в принципе реагировать на реальность, перестал хотя бы иногда прислушиваться к мнению извне. Как правило, доводя себя до критического состояния, человек либо замыкается в себе, либо пускается во все тяжкие, зависит от скрытого темперамента и обстоятельств. Так вот. Он намеренно похоронил в себе зачатки неплохого аналитика, оставил довольно скудную и скромную преподавательскую практику и не ушел в науку, как планировалось, переквалифицировавшись в весьма одаренного полевого журналиста. Что странно, потому что в детстве, в отличие от большинства сверстников, не мечтал о парадном армейском мундире и вполне гордился своим штатским прикидом. Отныне он носом рыл землю в поисках актуальных тем и материалов, пока стремительный карьерный лифт не забросил его в ипостась военного корреспондента. Он побывал во многих горячих точках, у очагов и в самом пекле боевых действий. Освещал миротворческую миссию и одновременно вооруженную экспансию в Ливии, был одним из первых, кто представил фактические подтверждения тому, что повстанцы используют ливийское оружие Муаммара Каддафи, а также сдержанно негативно осуждал поддержку и подготовку американскими военными мятежников на территории к северу Республики Мали.
Такой опыт неизбежно накладывает определенный отпечаток на склад сознания, взгляды, политические убеждения и бросает тень на прошлое. Зато помогает сыскать славу блестящего журналиста и виртуоза пера. Теперь заполучить специалиста его уровня и репутации в свой штат действительно удача для многих уважающих себя изданий, ему прочат неплохое будущее. Сейчас в это трудно поверить, однако ему даже пришлось поправлять свое психологическое здоровье, прибегнув к помощи специалистов на курсах управления гневом. Увы, он срывался, срывался на пагубных привычках, умышленно искал неприятности и нарывался на случайную грубость, на которую, как и положено в таких случаях, охотно отвечал взаимной грубостью. Если бы вам "посчастливилось" видеть его в тот самый момент, вы бы определенно не узнали в нем нынешнего, на первый взгляд кажущегося уверенным, хозяина положения - уравновешенного, спокойного, благоразумного и внимательного к деталям человека. Внешне он представляет собой настоящий образец надежности, терпения, предусмотрительности. Он уже научился справляться с эмоциями, которые после в некотором роде реабилитации стали вскипать в нем в разы быстрее, однако для него это как прогулка по замершей реке: вроде чувствуешь себя в безопасности, но в любой момент рискуешь провалиться под лед.

[AVA]http://s7.uploads.ru/NALGf.png[/AVA]
[NIC]Noel J. Shearon[/NIC][STA]шлюпка[/STA]

Я конечно давно привыкла к фривольному проявлению мужского внимания и к бесцеремонному обращению в частности, но все же слегка уронила сердечко в пятки, когда какой-то незнакомец начал клеить меня прямо с порога. Да, Ноэль Шерон растерялась на несколько секунд, когда узнала Армстронга младшего собственной персоной. Его сложно не узнать, если учесть, что нет ни одной свободной стены в доме, где бы не висело семейной фотографии. Не говоря уже о том, что его клипы регулярно крутят по кабельному двадцать четыре на семь. Иногда мне даже кажется, я вижу его чаще, чем будущего мужа. Вот так сюрприз. Вот уж не ожидала, что он сподобится выкроить окно в своем плотном графике, чтобы попасть на помолвку отца.
- Моему жениху нравится, - пальцами поднимаю его лицо за подбородок, чтобы установить зрительный контакт. Каких титанических усилий мне стоило изобразить сладкую улыбку. Настолько сахарную, что еще немного, и у него разовьется диабет. Я чувствовала исходящую от него угрозу и поэтому как-то сразу и бесконтрольно ощетинилась. Я знала, что рано или поздно на горизонте объявятся две основные помехи на пути к моей красивой жизни. У них есть вполне конкретные имена. Джо и Дэйв. Любимые отпрыски будущего мужа. Они как кость в горле, как вошки в подшерстке, которые поселились там и грызли, грызли. И если с первой я бы еще смогла справиться, то вторая меня немного тревожила. Я торопилась с помолвкой и от всей души надеялась, что эти двое не подоспеют к началу представления, когда уже нельзя вернуть билеты обратно в кассу.
Но это становилось интереснее, чем я предполагала. Сам того не зная, Дэйв Армстронг собственноручно вложил в мои ладони оружие против него же. Он находился в доме от силы всего десять-двадцать минут, но уже вызывал у меня какое-то зудящее раздражение. Стараясь держать себя под контролем, я максимально деликатно сняла его руки со своей талии, пока они не поползли ниже, и заторопилась уйти в столовую, напоследок вильнув бедрами. Не специально, просто мышечная память. Я не до конца избавилась от застарелой привычки вызывающе вести себя в присутствии привлекательного мужчины. Да, Армстронг младший подбешивал еще заочно, но это не отменяло того очевидного факта, что он был ничего. Ладно, еще слишком рано выкладывать карты на стол. Пусть пока понежится в беззаботном неведении. Я не смогла сдержать торжествующей ухмылки, представляя выражение его лица, когда он узнает, что это именно я - та самая молодуха, которая смогла заарканить его папочку и стать практически его мачехой в свои двадцать пять. Не знаю, почему эта мысль так тешила самолюбие. Но я уже не могла дождаться ужина.
В гостиной было душно от количества гостей. Несмотря на то, что от их светских комплиментов сквозило осуждением, я чувствовала себя как рыба в воде, маневрируя между акул и пираний. Я знала, что вернувшись в свои особняки они будут называть старшего Армстронга старым развратником, а прислуга на кухне перемывать мне косточки одну за другой до глубокой ночи. Плевать. Я по самое горло наелась унижениями, лишениями и нуждой, чтобы не ухватиться хищными клешнями за соблазнительный шанс устроить жизнь как надо. А что может быть проще старой доброй схемы Золушки? Она знакома всем девочкам с детства, нас закормили древней как мир сказочкой про полцарства за хрустальную туфельку. И в моем случае система работала бесперебойно, особенно когда Армстронг старший торжественно поднял бокал за будущую супругу, произнес трогательный тост, представив меня гостям в новом, официальном качестве. Нужно отдать ему должное, этот мужчина с величественным спокойствием встречал порицание общественности и вызывал у меня чувство невольного уважения. Каким бы при этом он не был глупеньким ослом.
Я держала его за локоть, не уставая светить увесистым обручальным кольцом, когда он повел меня знакомиться с детьми. Я могла выдержать любое моральное давление, уж мой прежний образ жизни и род деятельности послужили хорошей закалкой. Но выдерживать пристальные взгляды воинственно настроенных Джо и Дейва было не самым простым испытанием. Хотя насчет последнего я не уверена. Тут я скорее купалась в торжествующих чувствах. Сама не знаю, почему. - Дейв, Джо, дети - знакомьтесь ближе. Это Ноэль и прошу, будьте к ней лояльными. Я сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну конечно, это все равно что просить голодного крокодила не сожрать кролика. Хотя насчет распределения ролей я бы еще поспорила и не смогла сдержаться, чтобы не проворковать:
- Мы уже виделись, - и протянула руку Армстронгу младшему, пока в сторону Джо отправила сдержанный кивок. Она выглядела так, как будто прикидывала, где бы схватить ближайшую вазу и прибить меня на месте. Дейв же пока не поддавался и не раскусывался. Это нервировало. К тому же весь вечер меня не покидало странное ощущение, как будто мы с ним действительно встречались раньше. Нет, я видела его в живую, а не на экране телевизора. Но где и когда?
Вечер клонился к поздней ночи, гости постепенно разъезжались до тех пор, пока дом окончательно не опустел. Это было утомительно, все время играть роль образцовой невесты и хозяйки дома, принимая поздравления. Я отдала последние распоряжения уборщице и снимая по дороге туфли потащилась на кухню, перехватить закусок. У меня за весь вечер и крошки во рту не побывало, ничего, кроме шампанского. Первое, что я увидела, был Дейв Армстронг, наливающий себе виски. Первое, что мне захотелось сделать - развернуться и бежать. Черт с ним с голодом, перебьюсь до утра. Но я передумала и молча достала из морозильной камеры лед, бросив пару кубиков в его бокал.
- Теперь не хочется знакомиться заново? - я усмехнулась, взбираясь на столешницу и закидывая ногу на ногу. - Мы же теперь вроде как одна семья, - хихикнув, я провела ногой по его ноге и закинула в рот канапе с сыром и оливкой. Боже, это будет очень забавно.

[SGN] [/SGN]

[indent] Меня предостерегали, когда я вызвался работать под прикрытием, что эта авантюра не детская забава, не полевые учения, не боевая тревога. Это не закончится добром, это повлечет за собой непоправимые жертвы. Что могло подтолкнуть действительно хорошего копа ступить на кривую тропу? Наверное именно то, что речь идет о действительно хорошем копе. Моя раскрываемость и результативность были в топе, мое имя фигурировало в отчетах на еженедельных брифингах в качестве одного из лучших в участке. Если бы меня посадили на бумажную работу, я бы взвыл волком от скуки и ушел бы патрулировать улицы, если бы я стал отсиживаться на скамейке запасных, уничтожая сахарные пончики, то собственноручно прострелил бы себе колено из табельного служебного.
Вот уже который год восточную и северную часть города держал в страхе и подчинении некий Вега. Перед его фигурой трепетали даже местные блюстители порядка, пока тот отстегивал в их карманы щедрые пожертвования. Ходил слух, что он занялся серьезным отмыванием денег, в его властных руках благоухал и расцветал налаженный наркотрафик. Единственный способ подобраться к этой грамотно продуманной и гибкой схеме - стать ее частью. Полиции нужны были зацепки, вещественные доказательства. Отследить транзакции, добыть ценные бумаги, внедриться в систему, чтобы понять принцип ее работы изнутри, чтобы нащупать тайные ходы под полом, слабые места. То, что после можно было бы предъявить на слушании в суде. Но пока они пытались зачерпнуть воду дуршлаком. Над ними открыто насмехались и изящно взмахивая хвостами оставляли в дураках, проворачивая свои грязные делишки прямо у них перед носом.
Так родилась легенда. История о бывшем копе, разочаровавшемся в мутных правительственных интрижках. Я начал использовать свою просроченную лицензию, чтобы заниматься продажей оружия на сторону, промышлять левочками на сторону, выполнять мелкие заказы и поручения. Им нужен был свой человек среди легавых, имеющий открытый доступ к полицейским документальным архивам, со своими связями и рычагами. Да, я оказался полезен, в свою очередь выжимая выгоду из сложившихся отношений до последней капли. Шесть долгих месяцев я методично втирался в доверие. Превозмогая отвращение доказывал преданность, якобы зарожаясь идеей нормализации насилия. Это было мерзко. Хладнокровно наблюдать, как людям всаживают пули, не жалея всего магазина, вышибая мозги, чтобы потом невозможно было сосребсти их с пола. Они стирали слабых в порошок, но если тебе удалось выжить в мясорубке, ты становился сильнее. Может быть даже в их философии была крупица здравого смысла, но она уходила в прямо противоположное направление по отношению к моим личным идеалам. Я заигрался с огнем, освоившись в самом сердце логова злодея. Я пригрелся на простынях его дочери - его точной копии, как бы она сама этого не отрицала. Я смотрел на них и видел будто зеркальное отражение. Смертельно опасное зрелище.
Я отдавал себе отчет, чем рискую. Но не был готов это потерять. Элисон, моя невеста, всякий раз уговаривала меня отказаться от расследования, спастись, пока последствия не стали необратимыми. Я не слушал. Черт возьми, что за тупой самонадеянный тупица! Почему я не додумался раньше, что вступая в опасную схватку я подставляю под огонь не только свою жизнь, я ставлю под угрозу все вокруг, что мне дорого. Она задыхалась и хрепела у меня на руках, пока я в нервном припадке, панике и страхе вызывал скорую помощь. В ушах все еще стоял вой сирены, когда я сидел, откинувшись в кресле, и заливался алкоголем. Мой угрюмый, молчаливый вид мог вызвать подозрения, мог разрушить весь созданный долгими усилиями образ, и поэтому я собирал волю в кулак, чтобы не зарычать. На самом деле я понятия не имел, кто мог это сделать, но клянусь, если бы узнал, тотчас свернул бы ему шею, выпустил в него весь барабан. С садистским наслаждением.
Но никто не должен знать, как я бесновался в душе, поэтому я вздохнул и отмахнулся: - Эти проблемы не должны касаться нас с тобой, - мягко убираю ее волосы за ухо и притягиваю к себе. Она красива, чертовски красива, но сейчас я не могу забыть стеклянного взгляда Элисон. Твою мать. - Почему ты спросила об отце?
Знаю, что это может стать подножкой самому себе, но почему-то это кажется мне чем-то неуловимо важным.

       
will you hold the line when every one of them
is  g i v i n g   u p   or giving in, tell me
cause this house of mine
stands strong

- Дружище, ты должен отказаться от дела, - я отбивал нервную дробь ладонями по рулю, пока мой хороший друг и детектив Беннет, по-воровски оглядываясь, поправлял бейсболку. Это странное чувство, будто ты постоянно находишься на мушке у снайпера. Что в прямом, что в переносном смысле. - Наши парни уверены, что то, что произошло вчера..с Элисон, не просто совпадение. Кто-то копает под тебя, Нейт. Я серьезно, передай дело, пока не поздно. При упоминании Элисон я напрягся, с суровой решимостью покачав головой. - Нет. Это теперь личное дело, понимаешь. Я клянусь, что засажу этих итальянских ублюдков за решетку. Виноваты они или нет - их задницы сядут на электрический стул. Я говорил со злостью, припоминая все, на что насмотрелся за эти пол года. У этих людей нет ни сострадания, ни жалости. Почему я должен испытывать это к ним? - Сегодня вечером я буду на встрече с новым поставщиком, - я назвал небольшой ресторанчик, где должна быть организована засада. Если полиция никого не повяжет сегодня, то хотя бы получится добыть свежих сведений.

[AVA]http://funkyimg.com/i/2LojC.png[/AVA][STA]in love w/bb[/STA][NIC]Nate Reddle[/NIC]
[indent] YOU HAVE BRAVED THE WEATHER //

WHEN THE STORM CUT YOU TO THE BONE
// T H E R E  W A S   A L W A Y S  S H E L T E R [indent]
Когда на месте рандеву в северной части города началась заварушка, никто еще не предполагал, что она будет настолько неуправляемой. Я понял, что ситуация вышла из под контроля, но пока не мог отличить выигравших от проигравших. Кажется, в развязавшейся перестрелке потери понесли обе стороны. Трезвый рассудок словно заволокло туманом, и я не мог отдавать себе полного отчета в своих действиях. Это непрофессионально - сводить личные счеты, используя зарегистрированное оружие. Честно говоря, я не сразу вспомнил, в чем именно прокололся, не сразу очухался и не сразу сообразил, как очутился на заднем сидении затонированной машины. Потребовалось несколько минут, прежде чем до моих ушей начал долетать обрывочный смысл криков Ками. Только тогда мозг начал отделять плевра от зерен, только тогда до меня дошло, что я подставился и выдал себя. Пора сваливать из департамента, рисовать фальшивые документы или просить дипломатического убежища в посольстве Уругвая.
- Все любят героев, - мрачно отшутился я, тяжело дыша. Мне не раз приходилось бывать в переделках, но сейчас трагичные события слишком плотной чередой сменяли друг друга, чтобы оставаться в седле. Странно, что Ками до сих пор не сдала меня своему любимому папочке. Хотя бы потому, что еще пару дней назад клялась ему в собачьей преданности. За эти шесть месяцев, что я находился в стане врага, я многому научился. Например, прокачал навыки стрельбы и поупражнялся в ведении ближнего боя. Но самое главное - научился не доверять людям. Здесь каждый печется только о своей шкуре и никогда не подставит собственный зад из альтруизма. В полицейской академии такому не обучают. Там в тебя с самого первого дня вбивают, что ты командный игрок, действуешь в общих интересах, а про свое либидо забываешь раз и навсегда.
Так вот, в чем фишка? Какой Ками интерес в моем спасении? Я смотрел на это обеспокоенное лицо и не мог раскусить, за какую команду она играет? Раньше я беспечно отводил ей роль украшения. Такого сексуального украшения с пушкой. Типа ради баловства. Но теперь в голову закрались сомнения. Надо сказать, не беспочвенные. Она обещает, что правду обо мне не узнает ни одна живая душа. Это уже звучит подозрительно. А я ведь каждую мысль с недавних пор тщательно обмозговываю, прежде чем принимать на веру. Нет, я и раньше обходился с сексуальным украшением предельно аккуратно, не сбалтывал лишнего, всегда следил за словами и дозировано подкидывал отфильтрованную информацию. Но теперь ее забота была встречена мной с большим напряжением.
Я дал промашку, а она слишком умна, чтобы не заметить брешь и не воспользоваться этим. Инстинктивно я нащупал во внутреннем кармане куртки свое табельное, но оно мне вряд ли поможет, если любимая наследница папиного бизнеса и нечестно нажитых состояний везет меня на очную ставку с родственником. Если это ловушка, выбраться из нее мне поможет только чудо.
Чудо - это если Вега предпочтет мужчину своему отцу. А это даже в мыслях звучит слишком фантастично, чтобы быть правдой. В автомобильном салоне пахнет новой кожей, освежителем, порохом и гарью. Вылавливаю еще какой-то запах, металлический и очень знакомый. Даже не замечаю все это время, что до сих пор не могу восстановить тяжелое дыхание, и в боку какое-то неприятное ощущение. Оно не сильно беспокоило, пока я был занят размышлениями о том, как скоро семья Вега расправится с легавой крысой, но  жгучая боль с каждым ухабом на дороге все усиливалась. Короче, под ребром пекло уже нестерпимо, когда я вдруг решил опустить голову и отнять руку от кармана куртки.
- Черт, меня задело, - криво усмехнувшись, распахиваю полы куртки, марая ладони в чем-то теплом и липком, демонстрируя спасительнице боевые ранения. По центру футболки уже расплылось приличных размеров алое пятно, а я продолжаю зажимать руками рану, припоминая редкие семинары по первой медицинской помощи в полевых условиях. - Шрамы украшают мужчину, а? - хриплю я, прикидывая, сколько времени уже нахожусь в состоянии шока, раз вовремя не обнаружил дырки у себя в боку, и сколько у меня осталось времени до ближайшей отключки.
[SGN]

[/SGN]

http://funkyimg.com/i/2LVB7.png
http://funkyimg.com/i/2LVB6.gif
http://funkyimg.com/i/2LVB8.gif
http://funkyimg.com/i/2LVB4.gif

[AVA]http://funkyimg.com/i/2MHwJ.png[/AVA][NIC]Jessica Bradberry[/NIC][STA]mama said be careful of that girl[/STA]

Scandal !
they're gonna turn our lives into a freak show

- Джесс! Посмотри на меня. Джессика, ты опять принимала?! - Брайан дергает меня на себя, больно стиснув плечо, чтобы заглянуть в глаза. Мой взгляд немного в расфокусе, но я только ухмыляюсь. Ласково потрепав его за щеку, чмокаю воздух: - отстань, сладкий. Брайан милый парень, но я не позволю распускать свои щупальца дальше холодной половины моей постели. Иногда с ним забавно проводить время, когда не сражаешься с желанием зевнуть. Это как питаться редкими деликатесами в чужой стране. Какой бы заманчивой не была экзотическая кухня, рано или поздно ею пресыщаешься и начинаешь тосковать по родному фиш-энд-чипс. - Знаешь что? Оставайся, развлекайся, я уезжаю. У меня еще дела. Его "у меня дела" обычно означает "я слишком хорош для тебя". Я злюсь, что он кидает меня одну, и уже приблизительно представляю, как мне придется болтать завтра утром с его автоответчиком. А потом вероятно Брайан мне больше никогда не перезвонит. Он всегда бесился оттого, что его место оставалось под номером два.
Сегодня мы вдвоем посетили грандиозное музыкальное событие. По радио я слышала, как толпы фанатов скапливались у Альберт-холла уже с раннего утра, в надежде занять самые выгодные места, но раздраженно прикрутила звук, поскольку и без этих визгов было очень скверно. Это был заключительный аккорд его концертного тура по городам Великобритании, а в моем контракте черным по белому были прописаны некоторые обязательства. Я закурила сигарету и выдохнула дым в окно личного автомобиля. Прошло уже около месяца с того дня, когда Кензи Кинг в последний раз насрал мне в душу. Я нервничала.
У Кензи в жизни не было постоянной женщины. Он менял сексуальных партнерш вместе с постельным бельем. Для него это было в порядке вещей, относиться к людям как к одноразовой посуде. До недавних пор я не примыкала к большинству. Репортеры не уставали поднимать шумиху вокруг этого романа. За время затишья публика изголодалась по новым щекотливым подробностям нашей личной жизни, но сегодняшний выход в свет Джессики Бредберри в сопровождении нового мужчины обязательно подбросит пищу для очередных громких сплетен и пересудов. Завтра мне обязательно перетрут все косточки в мелкую труху, но я приходила в восторг от сладостного предвкушения. О, мне нравилась такая слава, даже если она скандальная.
После концерта все сливки творческой богемы сгустились в одном баре на закрытой вечеринке. Через несколько часов я уже сидела в компании каких-то музыкантов (в том числе этого задницы Кинга) и потягивала теплый бренди, расслабленно откинувшись на спинке бархатного диванчика. Рядом с Кензи крутилась его новая подружка, она продержалась дольше остальных, мое почтение. Они меня раздражали, где-то глубоко все пылало, будто я лизнула жгучего перца. Каждый раз, когда он зажимал ее, я сжимала свой стакан, проглатывая приступ тошноты. Кинг регулярно ловил мой взгляд, издеваясь, а я закипала и проклинала Брайана. Пока не свалила в уборную, чтобы высыпать в ладонь очередную порцию таблеток. Знаете, я не верю во всю эту собачью хрень про переселение душ или карму, но сейчас готова была поверить даже в единорогов. Потому что на обратном пути (клянусь, случайно! Случайно!) я чуть не разбила курносый носик этой новой подстилки дверью туалета. Ахнув, я даже начала рассыпаться в извинениях и предложила приложить лед, но моя внутренняя сестра милосердия моментально ушла в закат, как только я разглядела бедняжку.
- Ох, мне так жаль, надеюсь он не расплывется на пол лица! (шучу, нет). Мое лицо сразу приобрело неконтролируемое насмешливое выражение, а за ее спиной я заметила самого Кензи Кинга собственной королевской персоной. Понятия не имею, чем я руководствовалась, но преспокойно достала из своего клатча "резинку" и вложила в ладонь девушке. Сладкая парочка наверняка мечтала уединиться в одном из служебных помещений. - Будь осторожней, солнышко. Скорее всего, ты разочаруешься, но желаю удачи! В последний раз, когда мы с Кингом виделись, как обычно наорали друг на друга, наставили друг другу ссадин, мне хотелось расцарапать его концертную физиономию, но вместо этого он как обычно расковырял мое сердце искореженной вилкой. - Подпорченное личико же не мешает трахаться, правда? Наверное, в прошлой жизни я была мазохистом.
[SGN]you don't fool me, you don't have to say 'don't mind' you don't have to teach me things I know

                               mama said you know that s h e ' s  n o  g o o d
[ sooner or later you'll be playing by her rules ]                                 [/SGN]

Отредактировано corazon (2018-10-28 23:10:53)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2LojC.png[/AVA][STA]in love w/bb[/STA][NIC]Nate Reddle[/NIC]
[indent]  [indent] WHAT THE HELL AM I DOING HERE? × I don't belong here
don't care if it hurts × want to have control

[indent] Все с большим трудом я осознавал происходящее, с нарастающей смутной тревогой мог определить свою геопозицию. Во всяком случае хуже уже не будет и если этот охотничий домик на отшибе станет последним сооружением, которое я увижу, это даже к лучшему. Я вдруг отчетливо понял одну простую вещь. Моя сегодняшняя храбрость граничила с безумием, безумием человека, которому больше нечего терять. Я открыто нарывался на неприятности, наплевав на осторожность. Глупое, грубое проявление вопиющего не профессионализма. Поэтому сейчас я вряд ли хватался за жизнь, как за спасательную соломинку. Это происходило на уровне первобытных инстинктов выживания, но не более. Вопреки довольно странному поведению Веги, я был на восемьдесят процентов убежден, что если мне сейчас торжественно вручат лопату и прикажут копать себе глубокую могилку на заднем дворе - я не удивлюсь. Более того - обрадуюсь. Бесцветным мутным взглядом оценив помещение, я безвольно повалился на диван, позволяя Ками оказывать мне какую-то медицинскую помощь. Меня не один раз "царапали" огнестелом и я мельком отметил про себя, что девочка знает, что делает. Послушно закусив какой-то деревянный предмет, я не проронил ни единого стона, хотя это и стоило мне некоторых усилий. С радостью побывал бы в шкуре робокопа из адамантия, но мое тело состояло из плоти и крови, люди, увы, смертны. Иногда внезапно смертны. Впрочем, я слишком сосредоточился на том, чтобы не отключиться, поэтому мне было не до жалоб и нытья. Обильное кровотечение сильно ослабляло организм, разум периодически проваливался в забытье, лишь иногда выныривая и выхватывая какие-то обрывочные куски из реальности. Пока Ками говорила по телефону с отцом, боль начала немного отступать. Точнее сказать, она приняла иной характер и облик. По крайней мере в моем боку больше не было посторонних предметов из холодного металла, а из раны не лилась галлонами липкая кровь. Не знаю, уместно ли говорить, что стало легче. Поскольку это вовсе не так.
[indent] - Отец даже не волнуется? Мы оказались в опасной ситуации, которая вскрывала некоторые потаенные слои души, ее темные стороны, которые теперь сочились сквозь сколотые участки поврежденной брони. Я выстраивал ее месяцами, но и теперь не торопился сбрасывать ее целиком. - Жизнь за жизнь, - задумчиво протянул я, взвешивая каждое слово. Хотелось со злостью огрызнуться, "кто тебя об этом просил", но я задал единственный вопрос, откровенного ответа на который получить не планировал. - Зачем тебе это? В чем выгода? Да, именно выгода. Во всем должен присутствовать только холодный расчет, в этой девушке нет ни грамма спонтанной человечности. Можете привести сотню аргументов против, я не поверю ни единому слову даже под дулом пистолета. Если это такой извращенный способ шантажа или запугивания - дохлый номер. Страхом смерти или кровавой расправы меня больше не припугнуть, тем более Ками без особых терзаний и сожалений оставила бы меня истекать кровью и медленно умирать в мучениях, если бы я не был ей хоть чуточку полезен. Я был морально готов к любой роли, которую она отведет мне в этой мыльной опере, но такой поворот сюжета меня мягко говоря ошарашил. - Что? Переспросил я, озадаченно тряхнув головой, все еще храня в сердце надежду, что мне послышалось. - Ты в этом уверена? Дерьмо. Не такой реакции обычно девушки ждут от мужчин. Но мы с вами не об обыкновенных людях говорим. Я был настолько взволнован, что приподнялся на локтях, игнорируя жгучую резь в животе. Я схватил ее за плечо, но выдохнув разжал ледяные пальцы. Нет. Меня просто вырубило от шока после ранения, все это сюрреалистический кошмар, такого не могло произойти на самом деле. Я был осторожен, черт возьми, да я слишком серьезно относился к таким вещам. Единственный ребенок, которого я хотел, единственная семья, которую я мечтал завести, была связана с именем покойной невесты. По сердцу прокатилась волна скорби. Я строил планы на светлое будущее вместе с той, которой однажды вручил обручальное кольцо. Но все это погибло, уйдет в могилу под метры земли. - Кто-нибудь еще об этом знает? Ум и мудрость Ками переоценены, если она додумалась разболтать кому-то. Я был озадачен, сбит с толку и растерян, запуская обе ладони во влажные волосы. - Ты специально это подстроила? В таком случае, мать его, зачем?
[SGN] t o n i g h t   I   w a n n a   g i v e  i t   a l l   t o  y o u

In the darkness. There's so much I wanna do. Yeah.
t o n i g h t  I  w a n n a  l a y  b y  y o u r  f e e t[/SGN]

[AVA]http://funkyimg.com/i/2LojC.png[/AVA][STA]✂[/STA][NIC]Nate Reddle[/NIC]
maybe I'll elevate, maybe I'm second rate
s o   u n a w a r e   o f   m y   s t a t u s
maybe I'm overjoyed, maybe I'm paranoid
✂ - - - - - - - - - - - - - - -
designer me up in straight jackets

Беды не любят одиночества, обычно они без приглашения заваливаются шумной толпой. Но я настолько был истощен и подавлен, что еще одна проблема просто смешивалась с остальными, образуя бесформенную массу в моей голове. Отработанный до полного автоматизма полицейский нюх на вранье во время допросов подозреваемых, подсказывал мне не быть круглым тупицей и не проглатывать с потрохами каждое слово Ками. Но с другой стороны, теоретически мы вправду трупы. Нас изувечат и мы подохнем в страшных муках. Хотя, может мафиозная дочь просто получит пулю в лоб в упор, полицейская же крыса так быстро на тот свет не соскочит. По крайней мере, теперь странная вспышка гуманизма Веги не выбивается из стройного ряда сегодняшних событий. Понятно, почему она потащила меня на плечах в свою берлогу. А вдруг этот ребенок не от меня? Скользкая мысль заползла в сознание, подключая к тусовке дурацких мыслей трезвую логику. Я не мог знать наверняка, сколько мужчин кроме меня посещали постель Ками. Она слишком умело использует подаренные ей природой мозги и привлекательность, чтобы не обзавестись целой сворой партнеров на любой вкус. Тем более мы с ней никогда не были настолько близки, чтобы откровенничать о бывших или нынешних любовниках. Скорее всего поэтому во мне абсолютно ничего не шевельнулось, когда я услышал о будущем ребенке. Я испытывал только страх в самых худших его проявлениях. А если бы не замыкался на себе, то заметил бы неприкрытую панику в глазах девушки. От посторонних глаз реально замаскировать любые переживания, но первобытный ужас - практически невозможно. Планы Ками тоже были смачно изгажены. Вряд ли вершиной ее мечтаний был маленький домик на юге солнечной Сицилии, муж, выводок ребятишек и погребок с домашним вином. Нет. - Мы можем съездить к доктору. Который не знает нас? Я впервые оказался в подобной ситуации, понятия не имел, что нужно говорить в таких случаях и косячил со скоростью света. Однажды я слышал, как парни на дежурстве говорили, что девушки иногда симулируют беременность, а мужчины в ответ точат вилки, чтобы снимать лапшу с ушей. В большей степени они несли полную дичь, что даже капитан рявкнул на них и велел не сплетничать хуже школьниц. Однако из этого тупого трепа можно было отделить желток от белка. Все сводилось к тому, что нужно вслух на полном серьезе озвучить девушке приглашение к врачу. При этом настоять на совместном визите и действительно сопроводить ее до кабинета, какой бы жутковатой не была идея посетить гинеколога. Нужно продемонстрировать серьезность намерений и если она не выдаст себя, не запаникует и не начнет перебирать отговорки - парень, ты крепко влип. - Мы придумаем, что делать. Я знал, что выход - это избавиться от этого ребенка. Но почему-то такую мысль я отверг сразу, не успела она посетить мою голову. В идеале я должен приободрить Ками, поддержать ее, проявить участие, но вместо этого малодушно радуюсь смене темы и качаю головой. - Не хочу, - хмурый, измученный и загруженный, вновь укладываюсь в горизонтальное положение, ощущая как силы покидают тело. - Я бы лучше отдохнул, прости. Я надеюсь отложить разговор до более подходящего момента. Сложно вести серьезную беседу, когда из тебя только что вытащили свинец.
Но отдохнуть не получается. Я ворочаюсь на узком диване, нащупывая позу, в которой боль чувствуется слабее всего и стараюсь провалиться в тяжелый сон. Каждый раз, как я закрываю глаза, голову атакуют вязкие комки мыслей. Сегодняшний день стал пожалуй самым насыщенным в моей жизни, свалилось сразу столько переживаний, что спать было скучно. Гораздо интереснее ковыряться в голове и доводить мозг до полного истощения. Кажется, к середине долгой ночи я уже валялся в полубреду, однако был слишком взвинчен, чтобы потерять бдительность. Ками находилась где-то в соседней спальне, когда я услышал шуршание автомобильных шин и хруст гравия. Диван тихо скрипнул под моим весом, когда я поднялся и подошел к окну, отодвигая край занавески. По комнате скользнул тусклый свет фар, а я прижался спиной к ближайшей стене, корчась от ноющей боли в боку. Может у меня мания или психоз, но в нашем случае лишняя осторожность не повредит. Вряд ли Ками рисковала бы настолько, чтобы засесть там, где нас могут легко найти, однако и я не собирался заранее трубить тревогу. - Вставай, мы уезжаем, - шепотом скомандовал я, косясь на окна. Когда ты немного в бегах, никто не гарантирует тебе безопасность. - Поедем в другой город. По пути сменим машину.
[sign]///[/sign]

you don't want to hurt me
but see how deep the bullet lies

unaware that I'm tearing you asunder

В ушах еще звенел собственный высокий голос, который я сейчас узнавала с трудом. "Убирайтесь по-хорошему", а я не имела ни малейшего представления, что в моем понимании означает "по-плохому". Чем вообще можно испугать самого ужасного человека во всем Чикаго? Один его костюм, наверняка скроенный на заказ, стоил дороже, чем вся наша выручка, собранная за целый год непрерывной работы. Но тем не менее меня отнюдь не пугал ни его грозный вид, ни суровые и верные головорезы, которые в один присест готовы сожрать пол головы по щелчку пальцев. Во мне острым пряным бульоном кипела ярость, стискивая беспомощно кулаки, я затравленно наблюдала, как и без того редкие посетители, оставив недопитый остывающий кофе, молча и безвольно покидали заведение, кто с тревогой, кто с облегчением, кто с сожалением, бросая в нашу сторону косые взгляды исподтишка. Никто не рискнет кусать руку, которая их кормит. Не секрет, что Мэд Кеннеди покровительствует над большей половиной местных забегаловок, магазинов и торговых прилавков. Поэтому этот мерзкий человек вел себя в чужом седле слишком развязно, по-хозяйски. Наш отказ воспринимался им как мелкая формальность, небольшая надоедливая муха на ветровом стекле личного автомобиля. Он завладеет этим выгодным помещением, любым способом. В его распоряжении целые кварталы, но никто не сможет отрицать, что самое прикормленное местечко, с которого можно стрясти настоящую прибыль в наше сложное время - подпольные питейные кабаки. Девушке моего положения возможно не стоит знать таких вещей, но я частенько читала о "сухом законе" и жандармских облавах, с ним связанных. Я едва ли не задохнулась от возмущения и сопротивления, когда он бесцеремонно схватил меня за локоть своими грубыми ручищами и потащил к подсобке. Помойной яме? Он назвал нашу семейную закусочную, чье доброе имя знали во всех концах города, помойной ямой?! Да как у него смеет повернуться его грязный язык! Меня всю разрывало изнутри от обиды и она неудержимо рвалась наружу. Не стерпев, как только его пальцы разомкнулись на моей руке, я замахнулась и отвесила тяжелую пощечину прямо по лицу великого и ужасного Мэдока Кеннеди. Сердце надрывно билось где-то в пятках, в ушах стучал пульс. Это был единственный звук, нарушающий гробовую тишину, внезапно повисшую в воздухе. Только Рейчел, как невольная свидетельница этого неприятного происшествия, звонко вскрикнула и зажала рот обеими ладонями. Сестрица уже мысленно считает меня безмозглой гордячкой и скорее всего планирует бросаться в ножки к этим бесстыжим бандитам и слезно вымаливать пощады для старшей сестры, которая совсем лишилась рассудка из-за гибели мужа. Я действительно повела себя как безумная или помешанная, но все же бесстрашно выпрямила напряженную до предела спину. - Вам показать на дверь, мистер Кеннеди? Или вы сами найдете выход? Твердым голосом отчеканила я, словно солдат прочитал рапорт боевому командиру. Мои щеки пылали огнем, а пальцы невыносимо свербили от того, как сильно я сжимала их в кулаки, сминая и комкая льняную ткань на юбке. Реакция Мэда будет страшной и непредсказуемой даже для его шайки. - Рут, пожалуйста, замолчи или возьми слова обратно, - сквозь проступающие слезы взмолилась Рейчел, наслушавшись всяких легенд о жестокости Кеннеди, которые рассказывали даже непослушным детям, когда они отказывались ужинать пресными галетами. Как часто Мэд встречал отпор? Как часто шел на крайне радикальные меры, чтобы устранять препятствия на своем пути? Наверное, он уже давно сбился со счета, а насколько давно - забыл. Я собиралась напоследок как следует проехаться ему по ушам и высказать все, что я о нем думаю, но вмешался отец. Только я с презрением раскрыла рот, он резко рявкнул: - Рут! Как ты встречаешь гостей!? Он был зол, чертовски зол, я знала, что он волнуется обо мне с Рейчел и отдаст за нас последнюю рубашку. Мне вдруг стало стыдно, что я безрассудно и бестолково рискую, подставляя под огонь нашу семью. Вернее, ее жалкие остатки. Опустив глаза, я уничтожила мизерные шансы на более менее выгодную сделку. Теперь Мэд точно не станет возиться с нами, а прихлопнет всю нашу упрямую и несговорчивую семейку на глухих задворках без лишнего шума и пыли. - Я уверен, мистер Кеннеди разумный человек, мы сможем решить все цивилизованным путем.